Геннадий Скляр: «Я развиваю культуру соучастия»

Геннадий Скляр: «Я развиваю культуру соучастия»

Редакция «Калуги 24» беседует с депутатом Государственной Думы Российской Федерации Геннадием Скляром о силе соцсетей, атомном Сколково и тонких надстройках.

Закон о суверенном интернете, закон о распространении фейковых новостей. Вы не считаете, что власть пытается контролировать Сеть, и ничем хорошим и полезным для общественности эти начинания не закончатся?

— Если такому «цунами» дать возможность развиваться самостоятельно, то общество получит много угроз. И речь здесь даже не о терроризме, а о том, как мы этот инструмент используем. Даже по банковской сфере видно, что происходит, когда мошенничество принимает громадные масштабы. В общественной сфере я бы вообще никаких ограничений не накладывал. Фейковые новости стали явлением, о котором говорят, и эту угрозу пытаются купировать. На мой взгляд, фейки остановить невозможно. Если у людей есть возможность выражаться, то закрывать придется всех. Я считаю это невозможным и неправильным. Что-то надо регулировать, но аккуратно. К сожалению, по депутатской деятельности я вижу, что легкость решений иногда вызывает искушение быстренько что-то запретить, а потом выясняется, что технически все это не работает. Поэтому регулирование в интернете должно быть только компетентным. Надо всему учиться, но некоторые чиновники этого не понимают или не принимают, им проще запретить. Перекос в сторону запретов неправилен.

О себе дурное в интернете читали или старательно избегаете негатива?

— Конечно, читал. Хотя, должен сказать, я не отношусь к людям, которые испытывают мазохистское удовольствие от чтения гадостей в свой адрес. Но я всегда считал, что если люди справедливо замечают, что я что-то делаю не так, то я должен с ними поговорить. И не всегда мое общение ограничивается единомышленниками и друзьями. Каждое воскресенье я объезжаю улицы Обнинска на велосипеде, и меня всегда можно остановить для вопроса или критики.

Благодаря непродуманной медийной стратегии в интернете имидж Думы сильно испорчен…

— Я задумываюсь над этим. Я читаю социологические исследования, где приведена статистика одобрения моей деятельности. Репутация самой Думы на них сильно влияет, и я огорчаюсь, когда вижу своих коллег, которые говорят глупости, резкие неправильные суждения. Конечно, нынешняя Дума — не то, что было в 90-х, с малиновыми пиджаками. Но смотрю я на своих коллег и успокаиваю себя аргументом, что это — срез общества. Поэтому, когда выходит какой-то бравый депутат и по-военному начинает всех костерить, я понимаю, что такое же можно встретить и на улице. Не хотелось бы, чтобы Дума столько времени тратила на пустословие и политические споры, но задаюсь вопросом: может ли быть по-другому. Хотелось бы, чтобы парламент был более строгим. Но пока это невозможно: надо ждать, пока люди станут профессионалами. Сначала они занимаются спортом, потом становятся депутатами. Наверное, они представляют слой общества. И их нужно учить.

Вы сами ведёте аккаунты в социальных сетях или ваши помощники?

— Не могу сказать, что я активный блогер. У меня есть интернет-портал «Калуга голос», есть страница в «Одноклассниках». Их ведут помощники. Я считаю, что никакая блогосфера не заменит живого общения. А живое общение занимает много времени. Поэтому я использую блогосферу как один из инструментов своей работы. Все, что появляется на сайте, — из моей жизни. Но все, что требует моей оценки, я никогда на помощников не перекладываю.

В интернете распространяется информация о том, что Москва свозит в Калужскую область отходы ядерной промышленности.

— Нет, проблемой таких отходов занимаются только «Росатом» и ваш покорный слуга. Вся программа по работе с ними находится в моей ответственности. Мы не позволим их куда-то свозить. Я, кстати, поддерживаю создание биогазовой станции в Ворсино. Там отходы от фабрик будут превращаться в удобрения и электричество.

При обсуждении проблем, связанных с атомной отраслью, полагаетесь на мнение советников или ключевые решения принимаете сами?

— Это слишком серьезная отрасль, чтобы я полагался только на своё решение. Мои главные консультанты и эксперты — в Обнинске. Сегодня, например, я начал день с посещения Физико-энергетического института: мы обсуждали темы, которые предстоит воплотить в ближайшие годы. Мои помощники в Москве также связаны с атомной отраслью. Конечно, для выезда на атомные объекты за границу требуется профессиональная подготовка. Приехать и наговорить общих слов — несолидно. Более того, я смотрю современные объекты во Франции, Корее и получаю представление о том, что мы должны сделать у себя.

Отстаем или опережаем зарубежных коллег?

— В целом атомная отрасль России — лидер в мире, но по некоторым сегментам мы пока отстаем. Есть темы, которые стоит брать в качестве опыта. В конце 80-х и начале 90-х должного внимания отрасли не уделялось. Сегодня ситуация кардинально изменилась.

Отрасль меняется под влиянием мировых экотрендов?

— Уверяю вас, атомные технологии — самые зеленые. Они входят в «зеленый квадрат» вместе с энергией ветра, солнца и воды. История атомной энергетики — не история о вреде экологии, а о том, как обезопасить ее от аварий. Людей больше тревожит, что атомная энергетика представляет угрозу для жизни: Германия после аварии на Фукусиме отказалась от своих станций. Немцы сделали ставку на ветроэнергетику и солнечную энергию, но сейчас, в силу развития технологий, думают вернуться к атому. Отказавшись от атомной энергетики, Германия вынуждена тратить огромные деньги на очистку того, что дает угольная генерация. Во всем мире происходит ренессанс атомных технологий. Атомная генерация — это не только большие блоки; сегодня появились и маленькие реакторы. Мы первыми в мире поставили плавучую станцию — на Чукотке, и весь мир заинтересовался. Почему? Такую станцию можно пригнать к островному государству и давать электроэнергию лет десять. И не нужно ничего строить на материке!

Атомные технологии можно использовать для решения проблемы утилизации мусора?

— Конечно. «Росатому» как раз поручено заниматься двумя самыми опасными категориями мусора — батарейками, лампами. Мы планируем создать высокотемпературные печи, которые управятся с этим «добром», — и оно прекратит свое существование

Смотрели сериал «Чернобыль»?

— Нет, мне неинтересно. Я «окунулся» в трагедию Чернобыля в 1986 году, и все, что там происходило, знаю. У нас сотни людей из Обнинска работали там. Один из чернобыльских инженеров тогда жену с дочкой бросил в машину, сказал: «Гони к маме в Обнинск». Женщина на следующий день взяла какие-то башмачки, пошла в институт, и там все «зазвенело». Фильм меня ничем не удивит. Но он важен как предостережение.

Расскажите про обнинское «Сколково». Что это за проект?

— Когда принималось решение о проектировании первого Сколково, велась острая дискуссия. Создавать центр на пустыре или на базе действующей инфраструктуры? Мы тогда предлагали в качестве варианта Обнинск — нас не услышали. Когда этот вопрос поднимали во второй раз, я вышел на трибуну и сказал, что мы реализуем то, о чем говорили ранее. В Обнинске созданы инфраструктура и кадры, которые «выстрелят», если дать те преференции и условия, которые есть у Сколково. Два года ваш покорный слуга вместе с руководством МИФИ и «Росатома» готовили этот проект. Заявка уже готова, мы соответствуем всем требованиям правительства. Президент и губернатор нас уже поддержали. Но мы создаем этот центр не обо всем и для всего, а на базе того потенциала, который сложился исторически и развивается, — ядерных технологий. Почему на базе университета? Важно, на мой взгляд, дать студенту работать на идею создания новых технологий.

Иранские коллеги будут привлечены к реализации проекта?

— Иран — интересная и перспективная страна. И я занимаюсь конкретными проектами, связанными с ней. Мы строим там атомную станцию, там будет развиваться ядерная медицина. Я думаю, рано или поздно иранцы окажутся и в Обнинске. Кстати, они там уже были. Должен сказать, в Иране фармацевтика высокого уровня, и ее представителей я приглашал в наш фармкластер.

С вами связывают идею запуска в Калужской области Фонда губернаторских грантов.

— Перед встречей с вами я подписал письмо на имя губернатора с предложением о создании у нас Фонда губернаторских грантов. Я опираюсь на опыт системы президентских грантов. Лет пять назад никто за стенами Кремля толком не знал, куда распределяются эти суммы. А сейчас мы видим, как десятки калужан получают президентские гранты. При этом необходимо обосновать свой проект независимым экспертам, а затем за все отчитаться. Произошла консолидация: те ресурсы, которые раньше распылялись по министерствам, теперь собраны в один президентский пул. И я подумал, почему бы в Калужской области не создать такую же систему? Причем этот грант является некой гарантией качества, его просто так не дают. Любой серьезный проект нужно развивать, и завтра человек пойдет уже к другим спонсорам. С губернаторской поддержкой этот проект будет профинансирован с большей вероятностью.

Не порождаем ли мы такими грантами некое количество «халявщиков»?

— Как раз эта система должна будет работать не на «халявщиков», а по принципу соучастия. В свое время мой интернет-портал получил президентский грант. Но ведь мы пришли не с идеей: сначала затратили, потом создали. Потому человек должен будет показать, что вложил лично он. Я пытаюсь привить культуру соучастия.

Не утеряна ли культура соучастия?

— Здесь нет рецепта, только пример. Я думаю, мы не случайно начинаем историю вспоминать, времена, когда купцы делали первые шаги в благотворительности. Нам нужно современных предпринимателей учить соучастию в общественных делах. Чиновников учить тоже надо, что если к ним приходит человек, то нужно его выслушать и помочь. Только так. Конечно, «обязаловки» быть не должно. И жители должны сами выбирать, на что тратить средства городского бюджета.

Реплика Дмитрия Кисилёва о системе высшего образования как конвейере, создающем недовольных, скандал с «оскорблением русского языка». Это симптомы назревающей реформы образования?

— Реформа не обсуждается. Я сторонник «тонкой настройки». Любая настройка требует профессионализма, но при этом настойчивости и последовательности. Я сторонник маленьких шагов, но в правильном направлении.

Какое направление — «правильное»?

— Надо вернуть чтение в жизнь детей. Нужно вернуть в школу навык самопознания. Не «натаскивание» на предмет, а навык изучения, работы с первоисточником. Моя учительница математики говорила так: «На уроке я все внимание уделяю троечникам, а после урока могут остаться те, кто интересуется математикой». И я был одним из тех, кто оставался.

Но учителю сейчас за это не платят. Учителя накажут, если ученик «завалил» ЕГЭ.

— Все взаимосвязано. Учитель в школе должен быть с соответствующей квалификацией, с уважением общественным и достойной зарплатой. Вернусь к вопросу соучастия: мы потеряли его в отношениях учителя, ученика и его родителей.

Обсудим тему, которая требует соучастия как законодателей, директората образовательных учреждений, так и учащихся, их родителей, — теме школьного питания.

— Школа и здесь стала заложником наших новых экономических реформ с нацеленностью на «как можно дешевле». Главный критерий закона № 44 «О закупках» — стоимость, про качество там вскользь. Организацию питания отделили от школы, и я думаю, что это та тема, которая требует работы над ошибками. В Калужской области все продукты для питания детей есть, надо только организовать, чтобы они приходили в школы. Организовать так, чтобы поставщики были ответственными за товар. Нужно, чтобы школьная столовая работала должным образом. И нужно, чтобы родители знали, чем кормят ребенка. Директор должен понимать, что питание детей — такая же неотъемлемая задача, как и обучение. Когда некачественная пища приходит взрослому человеку, у него есть вариант отказаться. Но в школе замены нет. Сейчас в Думе приняли закон об обязательном горячем питании для младших классов. Это важный шаг. Не должно быть такого, что в нашу школу везут еду с Урала. Вообще, решение социальных проблем не должно реализовываться по закону свободного рынка. И нам нужно менять законодательство в этом ключе.

С какими инициативами вы будете выступать на следующий год?

— Все проекты, которые нами сейчас начинаются, — все на срок от двух до пяти лет. Атомное Сколково, закон об Угре — все требует работы. Есть промышленные проекты: создание нового металлургического комбината, новой газохимии. Все, что связано с экологией: очистка Яченки, озера в Людинове, реки Протвы — это большие темы, повестка дня. В следующем году у нас тотальные выборы: мы должны будем сформировать калужскую власть — от губернатора до муниципальных депутатов. И народу нужно прийти на выборы и проголосовать. Мой лозунг дня — вместе и для всех. Если этот критерий мы будем применять для своих крупных проектов, то будет результат.


Беседовал Роман Новиков
Текст и фото: Роман Артюхов

Расскажите друзьям: